Главная> Статьи > Очерки > Есть ли будущее у храма? Село Верхнетроицкое, Туймазинский район РБ

Есть ли будущее у храма? Село Верхнетроицкое, Туймазинский район РБ

Троицкий храм, ВерхнетроицкоеКонечно, будущее у Свято-Троицкого храма, что украшает собой село Верхнетроицкое Туймазинского района Башкортостана, есть. У этого храма необычная судьба. Он пережил и претерпел гонения на церковь, в буквальном смысле выстоял перед лицом всех испытаний, выпавших на долю российского народа, сохранил веру и надежду на восстановление церковного облика и возрождение веры.

Своими воспоминаниями делится жительница села Вера Петровна Гаврилова, урождённая Чистопольская:

- У нас в селе стояли две церкви: кирпичная и деревянная. Кирпичная церковь во имя Святой Троицы и поменьше староверская. Я ведь родилась в Верхнетроицком. Когда мне исполнилось два года, то осталась сиротой, и дядя увёз меня в Белебей.

Вера Петровна родилась в 1925 году. Она дожила до почтенного возраста, поэтому её воспоминания имеют историческую ценность. Мы встретились со старожилом села, находясь в поездке по сбору исторических данных о судьбах церквей Туймазинского района, а некогда Белебеевского уезда Уфимской губернии. В поездку главного историка храмов Уфимской губернии Павла Егорова и журналиста, автора очерка, пригласил лидер народного движения "Возрождение" Геннадий Бравцев. Павел Егоров с радостью принял приглашение, ибо он бывал в этих местах много раньше. Дела обстояли здесь не лучшим образом. Красивейший храм вернули верующим, началось возрождение духовной жизни в селе и округе. Радоваться и радоваться! Но, храм, являющийся памятником архитектуры, нуждается в сильнейшей финансовой поддержке со стороны. Настоятель храма отец Сергий Мельников в одиночку не в состоянии вернуть Свято-Троицкому храму прежний горделивый вид. Итак, Вера Петровна вспоминает:

- Дядя Александр Иванович и тётя Надежда Васильевна были коммунистами. Они хорошо ко мне относились, но всегда говорили, что Бога нет. Молитвам меня никто не учил.

Парадокс, партийные люди, открыто провозглашавшие атеистический взгляд на развитие жизни, всё же не были против крещения маленькой Верочки, и даже тайно в семье отмечали Пасху. На Пасху они красили яйца и коптили окорок. В этот день Александр Иванович и Надежда Васильевна закрывали все двери и окна, чтобы никто не видел, как они священнодействовали.

Так и жили: боролись с религиозным опиумом народа и украдкой отмечали Пасху. Двойной стандарт, лицемерие? Мне кажется, всё-таки народ сохранил в душе страх Божий. В противном случае невозможно было бы вернуть историческое развитие в прежнее русло.

Вера Петровна вернулась в родное село уже после победы в Великой Отечественной войне. В кирпичной церкви стояли трактора. В деревянном староверском храме был клуб. Наш разговор поддержал сын Веры Петровны Александр:

- За алтарём кирпичной церкви стояла приходская школа. Я 6 лет в ней проучился. 2 года потом учился в школе, переоборудованной из санатория по улице Школьной (Больничная). Пацаном забегал в церковь. Она не отапливалась. Через северное окно был сделан пролом. Трактора заезжали, их ремонтировали на морозе. На церкви сохранился один крест. Когда закрыли церковь и полезли снимать кресты, то другие кресты смогли снять, а один – нет.

Хозяйка дома приветливо улыбалась. Она прожила достойно: участвовала в Великой Отечественной войне, вырастила прекрасного сына, примирилась с Богом.

- Наши бабушки в войну говорили, что коммунисты не верили, а Бог не допустил, чтобы фашист победил. Он остановил врага у Москвы, - уверенно заявила бабушка Вера.

Она поведала о том, как тяжело было девушкам на войне. Вера Петровна воевала в составе 2-го Белорусского фронта медсестрой, причисленной к полевому госпиталю № 2529. Медсёстры, девчонки молодые, выглядели как пугало: гимнастёрки большие, не по размеру. Случалось, что у сапог подвязывали подошву мочалом. Смена обмундирования запаздывала. Не хватало бинтов. Спасали рубашки, их разрезали на бинты. Сейчас частенько ей снится война, и вновь становится страшно и тяжело. В Германии им, победителям, кидали цветы, а в них были спрятаны гранаты. Вера Петровна показывает крестик и рассказывает, как она общается с Богом. Каждый день перед сном она крестится, целует крест и говорит с Создателем о прожитой жизни. Она сетует, что так и не выучила молитвы, но взлелеяла сердечную любовь и стремление души к вечной жизни. Свято-Троицкий храм крепко стоит на своей земле. Он, словно цитадель, молча и непоколебимо, оберегает святое место и всех живущих в округе. Александр не устаёт повторять, что без храма никуда. Он и его супруга Наталия отмечают, что с крыши колокольни снимали листовое железо и покрывали им дома.

- Село наше было бедное, церковным материалом укрепляли свои дома, - поясняет Вера Петровна. Сегодня выжившая церковь нуждается в помощи и поддержке. Александр даже писал В.В. Путину о состоянии храма. Он считает, что раз коммунисты сыграли отрицательную роль в разрушении церквей, то Г.А.Зюганов мог бы помочь в восстановлении храма, принеся, таким образом, искупительную жертву от имени партии большевиков. Александр писал письмо с отцом Сергием, собирал подписи по селу. Увы, письмо осталось безответным. Он даже посылал смс на прямую линию с президентом, просил содействия в разрешении вопроса.

 

Встречи на верхнетроицкой землеverhn00002.jpg

Мы беседуем с Екатериной Никитичной Белозёровой, урождённой Степановой. Проехав по селу, невольно можно прикоснуться к истории. В селе улицы, большей частью, продолжают носить прежние, исторические названия: Ключевая, Терентьевка, Слободка.

Екатерина Никитична вспомнила, что около деревянной церкви были могилки. Мама до школы водила её в деревянную церковь. Они были староверами. Однако раскола среди населения в традиционном понимании не существовало. Престольный праздник в селе был один – Троица. На Троицу все сельчане украшали дома берёзкой, собирались на Базарной улице и кружили хороводы. И кладбище было единое.

Единоверческая церковь была закрыта раньше. После закрытия храма церковных служителей не осталось. Детей крестить дома стали бабушки. Они читали молитвы, окунали в кадушку. После крещения все вместе обедали.

Екатерина Никитична вспомнила, как снимали колокола с Троицкой кирпичной церкви. Ей об этом рассказала бабушка. Трое мужчин снимали колокола. Председатель колхоза имени Я.Свердлова Краснов был среди них. Впоследствии они умерли по неизвестной причине в скором времени. Один из них утонул в пруду осенью, когда ехал по дороге.

После закрытия церковные здания продолжали служить людям. В кирпичной церкви сделали колхозный двор, и там находилась чёска, т.е. чесали шерсть, кузница, склады колхозные. Деревянную церковь превратили в клуб, где организовывали танцы и показывали кино. Колокольню деревянной церкви сломали раньше. А в церковь стали пешком ходить в Воздвиженку.

 

Так боялись пошевелиться, что храм свой не спасали

Более подробно о разорении Троицкой церкви в селе Верхнетроицкое поведала Анна Яковлевна Мешкова, урождённая Соловьёва, а помогала ей в этом дочь Грачёва Нина Владимировна. Бабушка Анны Яковлевны в детстве ей говорила с горечью, что их храм хотели разрушить до 1934 года.

- В тот день к храму подъехали на лошадях люди. Сначала они колокол уронили, его куда-то отправили. После колокола очередь дошла до крестов. Они стали стаскивать кресты руками, но у них ничего не получалось. Тогда они взяли вожжи, и вожжами зацепили кресты. Лошади тянули вожжи. Люди стояли и смотрели издали. Пошевелиться боялись и не защищали родной храм. Кресты стащили, а один так и не смогли стащить. Он до сих пор сохранился на колокольне. Наверное, Сам Господь защитил, - начала рассказ Анна Яковлевна.

Столько воспоминаний записано во время подобных экспедиций, столько жизней загублено! Но снова и снова переживаешь историю и, кажется, что не будет прощения российскому народу за жестокость по отношению к самому себе.

Храм был построен так, как могли строить лишь в старину, на века. Так ведь и жизнь дана человеку навечно, и вера христианская.

Верхнетроицкий завод был основан в 1752 г. горнозаводчиком Иваном Гавриловичем Осокиным, им же одновременно с заводом – в 1753-59 гг. возводился и каменный храм. Об этом писал Павел Владимирович Егоров, проведя соответствующие исторические исследования. Главный престол храма во имя Святой Троицы был освящён в 1759 г. С 1760-х гг. заводы перешли во владение племяннику основателя – Ивану Петровичу Осокину, который, вероятно, и заканчивал обустройство церкви. На сей день храм является одним из древнейших храмов, сохранившихся в пределах Уфимской епархии, наряду с храмом с. Березовки, что под Уфой. Обе церкви признаны выдающимися памятниками архитектуры XVIII столетия. В 1837 г. Осокины продают три завода преуспевающему промышленнику греку Дмитрию Егоровичу Бенардаки и исчезают с исторической сцены. Около 1850 г. церковь несколько видоизменилась – пристроен северный придел, предположительно были заново оштукатурены все фасады с утратой части лепных украшений. Боковые престолы – в честь Рождества Христова (по СКУГ-1873 – Иоанна Предтечи) и в честь св. мч. Леонида. Все три апсиды полукруглые. Пол в церкви выложен каменными плитами. Для преодоления раскола Бенардаки построил в 1855 г. в селе единоверческую деревянную же Троицкую церковь, простоявшую до ~1993 г. В 1864-66 гг. Верхнетроицкий завод за невыгодностью упразднён. В 1915 г. на ремонт Троицкого храма Императором Николаем II была пожертвована символическая «царская тысяча» (1000 руб.).

Мы можем гордиться, что не обошла стороной царская милость глубинку. Храм лишился благости в советское время. В 1930-е годы обе Троицкие церкви были закрыты. Вскоре попытались опрокинуть трактором колокольню кирпичного храма, неудачно. Храм полвека использовался под склад зерна, минеральных удобрений, кузницу, мини-электростанцию, гараж и мастерские МТС. Утрачена кровля почти надо всем храмом. Также утрачены окна, двери, полы, почти вся штукатурка. Появились мелкие трещины в стенах. Обнажились участки с многочисленным выщерблением кирпича. С болью в сердце писал об этом Павел Егоров. Церковь возвращена верующим в 1991 г. в полуразрушенном состоянии. Годы пролетели с той первой поездки Павла Егорова в село Верхнетроицкое. Есть видимые изменения в лучшую сторону, но процесс разрушения храма не остановлен. Он грозит дальнейшими печальными последствиями.

За чудесами в Верхнетроицкое.verhn00001.jpg

Мы беседуем с отцом Сергием Мельниковым. Он приветствует нас, с радушием открывая двери храма. У меня появляется уверенность, что, наконец, храм дождался своего настоятеля. Отец Сергий и Павел Егоров вспоминают вехи нового становления Троицкой церкви.

- Чудесным образом уцелел на колокольне стаканчик с маковкой, обшитой металлом и увенчанной стройным потемневшим крестом (случай в епархии уникальный). Он и по сей день смотрит на село с благословенной выси. На маковке есть отметины пуль.

Восстановительные работы начали проводиться с 1992 г., когда с открытием прихода начались и регулярные службы. Над трапезной (между колокольней и восьмериком) сделана двухскатная металлическая кровля. Пролом в стене северного придела устранен. Восстановлены коробки, переплёты, решётки на окнах. Изнутри выполнены штукатурные работы. В 1994 г. установлены 9 колоколов, в 1997 – восьмеричок над храмовым куполом, - как бы подытожил Павел Егоров. Отец Сергий улыбается и включается в разговор. Есть, что рассказать и ему. Оказывается, в храме происходило невероятное и удивительное. Однажды рано утром, когда в церкви всё готовилось к службе, одна из сельчанок растапливала печку. В храм зашли люди и зачарованные остановились на пороге. Они стояли, не шелохнувшись, некоторое время, пока кто-то не догадался обратиться за разъяснением к работнице. В храме раздавалось ангельское пение, такое чудное, словно неслось с небес. Ни работница, ни люди не смогли понять, что же происходило в храме, кто творил молитву, кто расточал молитвенный елей и смущал умы мирян. Случалось, что и видели образы отцов, служивших в храме.

О жутком страхе, заползающем в душу, говорила Анна Яковлевна Мешкова:

- Детьми мы лазили на колокольню. Было жутко, мы боялись. Когда лезли наверх, то держались друг за друга. Первое время в церкви проступали росписи, особенно на правой стороне церковных стен. Был ещё подземный проход. Из церкви можно было уйти. В этом проходе прятались служители. Ход был в сторону Терентьевки. Когда мы были маленькие, мы спускались вниз и пытались заглянуть.

В те годы в селе находился детский дом. Столяр, работавший в детском доме, из больших икон делал столешницы. Часть икон таким образом уничтожили. Кто-то во время разорения церквей выспрашивал иконы, а потом прятал у себя дома. Елена, её фамилию Анна Яковлевна не вспомнила, смогла взять икону, и она у неё дома стояла долгое время. Она была большая: от пола и до потолка. Что стало с этой иконой – неизвестно.

Старожилы села не чурались незваных гостей из Уфы, охотно делились воспоминаниями и нынешним урожаем. Не перевелось гостеприимство на российской земле! Таких вкусных перцев, огурцов и помидор, какие вырастили Александр и Наталия Гавриловы, мы раньше не вкушали. Добрая земля в Верхнетроицком и работящие сельчане!

А какая вода в ключах верхнетроицких – чистая, звонкая, точно серебряная. Она стремительно несётся из Галечного ключа, из ключа с Крутой горы, который так и назывался «Колоды», так как вода круглый год текла по деревянным желобам. Именно про неё хочется сказать: «Год стоять – пользу людям давать».

Отрадно и то, что люди перестали отрывать себя от истории, считая, всё, что происходило в стране, происходило с ними, и вина за происходящее лежит на всех. Значит, и поднимать нам храмы всем вместе!

 

Ирина Бакке

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика Яндекс цитирования